Является ли перевод к новому месту службы основанием для уменьшения норматива общей площади жилого помещения при расчёте жилищной субсидии, если ранее он проживал в квартире, принадлежащей его отцу?

Выезд военнослужащего из принадлежащей его отцу на праве собственности квартиры в связи с переводом к новому месту службы не является основанием для уменьшения норматива общей площади жилого помещения при расчете жилищной субсидии.
Решением жилищной комиссии воинской части М. произведен расчет жилищной субсидии за вычетом доли квартиры в  городе В. на том основании, что с момента отказа от признания права собственности на данное жилое помещение в пользу отца не истек предусмотренный ст. 53 ЖК РФ срок.
Решением гарнизонного военного суда, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии окружного военного суда, заявленное М. требование о признании незаконным решения жилищной комиссии удовлетворено по следующим основаниям.
В соответствии с абз. 2 п. 16 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» порядок расчета жилищной субсидии утверждается Правительством Российской Федерации.
Правила расчета субсидии для приобретения или строительства жилого помещения (жилых помещений), предоставляемой военнослужащим - гражданам Российской Федерации и иным лицам в соответствии с Федеральным законом «О статусе военнослужащих», утверждены постановлением Правительства Российской Федерации от 3 февраля 2014 года № 76.
В силу п. 4 названных Правил норматив общей площади жилого помещения уменьшается на общую площадь жилых помещений, на которую в результате совершенных военнослужащим и (или) членами его семьи действий и гражданско-правовых сделок уменьшился размер занимаемых (имеющихся) жилых помещений или в отношении которой произведено отчуждение. Такое уменьшение производится в течение 5 лет со дня совершения указанных действий или гражданско-правовых сделок.
Судом первой инстанции установлено, что истец с 1994 года проходит военную службу по контракту, при общей продолжительности военной службы более 20 лет планируется к увольнению в связи с организационно-штатными мероприятиями.
С 1989 года М. и члены его семьи проживали и были зарегистрированы по месту прохождения им военной службы в городе В. в квартире, которая была приобретена его отцом в качестве члена жилищно-строительного кооператива. Позднее отцом был полностью выплачен паевой взнос, но право его собственности на указанную квартиру зарегистрировано лишь в ноябре 2013 году на основании решения районного суда города В. В связи со смертью отца право собственности на эту квартиру в декабре 2014 году в порядке наследования по закону зарегистрировано за матерью М.
В марте 2012 году М. с семьей снялся с регистрационного учета по адресу указанной квартиры в связи с убытием к новому месту службы в городе К. Позже он был переведен к прежнему месту службы в городе В., но при этом в эту квартиру не вселялся, зарегистрирован по адресу воинской части, проживает на условиях найма иного жилого помещения. В мае 2014 году он был принят на жилищный учет.  
Следовательно, после снятия в марте 2012 года с регистрационного учета М. перестал быть членом семьи своего отца и не приобрел этот статус вновь после возвращения для продолжения службы в городе В. Причем утрата им указанного статуса в данном случае обусловлена причинами, не связанными с намеренным ухудшением своих жилищных условий.
Это обстоятельство имеет существенное значение для дела, поскольку согласно чч. 1 и 2 ст. 31 ЖК РФ равные права пользования жилым помещением, принадлежащим собственнику, имеют только проживающие вместе с ним члены его семьи.
Из материалов дела видно, что решением районного суда города В. от 4 сентября 2013 года удовлетворен иск отца М. о признании его права собственности на указанное жилое помещение. При этом М., привлеченный к участию в данном деле в качестве третьего лица, не возражал против удовлетворения данного иска. Однако, учитывая, что он к этому времени членом семьи отца не являлся и утратил связь с принадлежащим тому жилым помещением, его мнение относительно заявленного отцом иска юридически значимым не являлось и не свидетельствовало о намеренном ухудшении им жилищных условий.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», наследник, принявший наследство, считается собственником наследственного имущества со дня открытия наследства вне зависимости от факта государственной регистрации прав на наследственное имущество и ее момента.
Между тем такие сведения о принятии М. наследства умершего отца в деле не содержатся и основанием для принятия жилищной комиссией оспариваемого решения не являлись.  
Таким образом, у жилищной комиссии не имелось оснований для учета доли указанного жилого помещения при расчете жилищной субсидии.
<30>