С какого момента возникает реальный ущерб, причинённый воинской части излишними денежными выплатами, произведенными в результате незаконного увольнения военнослужащего?

Датой возникновения реального ущерба, причиненного воинской части излишними денежными выплатами, произведенными в результате незаконного увольнения военнослужащего (лица гражданского персонала), и начала срока привлечения к материальной ответственности военнослужащего, виновного в его причинении, является дата выплаты указанных денежных средств, при этом закон ограничивает срок привлечения его к ответственности тремя годами вплоть до момента издания приказа командиром воинской части или вынесения решения суда.

000, до увольнения с военной службы проходивший военную службу в воинской должности начальника 000 базы хранения и ремонта вооружения и техники (далее – База) Западного военного округа, приказом от 8 мая 2013 г. уволил с работы начальника отдела ремонта Базы - 000ова на основании подп. «г» п. 6 ст. 81 Трудового кодекса РФ со ссылкой за совершение им хищения комплектующих, обеспечивающих безопасность вооружения и военной техники.
Вступившим в законную силу решением Калужского районного суда от 4 сентября 2013 г. этот приказ начальника Базы признан незаконным, 000ов был восстановлен в прежней должности, и в его пользу с Базы взысканы заработная плата за время вынужденного прогула, премия и компенсация морального вреда на общую сумму 00 руб. 00 коп. Указанная сумма на основании определения Калужского районного суда от 17 февраля 2014 г. взыскана в пользу 000ова с УФО и перечислена ему 4 сентября того же года.
Полагая, что Базе причинен материальный ущерб, её начальник обратился в суд с иском к 000у о привлечении к полной материальной ответственности и взыскании с него этой суммы в качестве возмещения причиненного им материального ущерба в порядке реализации статьи 1081 ГК РФ.
Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции, определив датой начала общего срока исковой давности 24 октября 2013 г., то есть день вступления в силу решения Калужского районного суда от 4 сентября 2013 г., пришел к выводу о том, что начальник Базы пропустил указанный срок, поскольку обратился в суд с иском 11 мая 2017 г.
Между тем, такой вывод гарнизонного военного суда основан на неправильном применении норм материального права.
На основании пункта 4 статьи 4 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» (далее – Закон) командиры (начальники) воинских частей, виновные в незаконном увольнении военнослужащего (лица гражданского персонала) с военной службы (работы), несут материальную ответственность за ущерб, причиненный излишними денежными выплатами, произведенными в результате незаконного увольнения военнослужащего (лица гражданского персонала), в размере причиненного ущерба, но не более трех окладов месячного денежного содержания и трех месячных надбавок за выслугу лет.
Таким образом, 000, причинивший ущерб при исполнении обязанностей военной службы, мог быть привлечен к материальной ответственности только на основании Закона, а не норм ГК РФ.
В соответствии с пунктом 4 статьи 3 Закона срок привлечения военнослужащих к материальной ответственности ограничен трехлетним сроком со дня обнаружения ущерба.
Из материалов дела видно, что взысканные по решению Калужского районного суда от 4 сентября 2013 г. денежные средства в общей сумме 153492 руб. перечислены 000ову 4 сентября 2014 г., которое и является датой возникновения реального ущерба.
Принимая во внимание, что установленный Законом трехлетний срок является пресекательным, а решение гарнизонного военного суда состоялось 8 сентября 2017 г., 000 не мог быть привлечен к материальной ответственности.
В связи с этим суд второй инстанции решение гарнизонного военного суда изменил, отказав в удовлетворении иска в связи с истечением срока привлечения к материальной ответственности.
<60>